Великий, могучий – под угрозой?

Борьба с нововведенями в области религии никода не угасает

Однако такие ярые борцы чаще всего грешат подобным – нововведенями в области русского языка. Нормальный русскоязычный человек не поймет такого мусульманина, который, например, скажет (или напишет): «Слушай, ахъи, ты еще не делал салят фисабилиЛляh? СубханаЛлаh, брат!». Подобные предложения пестрят арабизмами. Что удивительно, арабы тоже вряд ли поймут такой набор слов. С точки зрения любителя русской словесности – это некое лингвистическое извращение.

Поговорим, братья, фисабилиллях?

Для начала обратим внимание на словоформы, которые при неуместном использовании превращаются из вполне нормальных арабских слов в каких-то уродцев.

Итак, обращение «Ахъи». Переводится как «брат». Нередко употребляют и русский эквивалент (например, «вот постой, брат»). Видимо, такие «обращенцы» исходят из Корана, в котором сказано: «Воистину, верующие – братья». Вроде, неплохое обращение «брат». Хотя и напоминает что-то гоповское. Но возникает вопрос: а пророк Мухаммад (с.а.с.) обращался так к своим сподвижникам? Это разве сунна? К своим сподвижником он обращался по имени, по кунье (кличке). Есть ли какой-нибудь хадис, в котором он обратился к кому-либо «брат»? Интересен и тот факт, что любители этого словечка (нередко внешне не отличающегося от обычного гопника) обращаются так к людям, намного старше себя, причем на «ты». Это арабская национальная культура (или отсутствие таковой), но не наша. И тем более это не религия! У нас к старшим принято обращаться на «Вы», будь это русский язык или татарский, башкирский. Совсем смешно это выглядит с формой женского лица – «ухтун» («сестра») или «ухтиш» («сестренка»). Более того, к последнему арабизму часто добавляется русский суффикс «-ка», приобретая невыразимую форму «ухтишка». А множественное число «ахъиев» и «ухтишек» – соответственно, «ихватун».

Еще перед обращением часто ставят «йа», что на русский можно перевести как «О, ...». Хотя порой трудно отличить арабское «йа» от русского «я». Иногда даже подозрительно звучит «Йа, Аллах», а дальше что-то по-русски. И когда пытаются обратиться по-русски «О, такой-то!», это выглядит весьма нелепо, как некое ненужное высокопарное обращение на фоне дальнейшей речи окраин городов и деревень.

«Баракаллахуфикум» - «Пусть будет вам благо». Еще одна, вроде бы хорошая, фраза-дуа. Однако когда в одном предложении она звучит чуть ли не через каждое слово – это уже языковой паразит. Причем опять арабизм, никаким местом не укладывающийся в русскую речь («Баракаллахуфикум, братья, если это делают специально, то это, баракаллаху фикум, уже бидаат»). Кто-то, конечно, проговаривает это по-русски, но речь в целом получается еще нелепее. Еще глупее она оказывается, когда такой человек пытается кого-то смешать с грязью, доказать что он не прав, одновременно желая ему благо.

Интересно, как начинают свой разговор (будь то письменный или устный) любители таких арабизмов. Естественно, стартуют с саляма, как и подобает мусульманам. Следом идут салаваты Аллаху и пророку... Потом шахада, тавхид... А затем – «а затем». Далее начинается то, что хотел сказать человек. Завершается каким-нибудь малопонятным многим дуа, опять на арабском. Опустим эту «шапку», в которую облачают свой разговор подобные «ахъи». Интересен тот самый «а затем», который предшествует любому тексту любителя арабской словесности. Реже проговаривают и арабский эквивалент «Эммэ багд», у которого множество значений: затем, потом, далее, итак... Почему-то выбирается именно то слово, которое меньше всего сюда подходит. Да и вообще нужно ли оно здесь?

«Фисабилиллях» - «На пути Аллаха». Приходится слышать и эту фразу, которая при частом употреблении просто ни в какие ворота не лезет. И стоит ли ее вообще произносить? Это молитва какая, просьба, восхваление?.. («Мы с братьями поспорили с суфистом фисабилиллях». Вот оно: спорить на пути Аллаха!).

Несомненно, в русском языке прижилось немало слов, заимствованных из арабского языка, которые обозначают предмет, действие, явление, связанные с нашей религией: намаз, ислам, дуа, тахарат, Коран, мазхаб, хадис и т.д. Не говорим уже об именах собственных. Но почему-то кто-то всеми силами старается заменить чуть ли не все слова арабизмами. В то время, как у нас прижилось персидское «ураза», обозначающее мусульманский пост, некоторые упорно говорят «саум», вместо намаза (опять персидское) – «салят», вместо уже укоренившегося арабского «тахарат» (оно же «малое омовение») – «вуду». Да и слово «нововведение» упорно меняют на «бидаат».

Почему-то мусульмане стесняются благодарить друг друга словом «Спасибо», по сути означающее дуа «Спаси тебя Бог». К тому же во многих других языках существует множество хороших обозначений благодарности. Вместо него умудряются сказать «джазакаллаху хайран» («пусть Аллах воздаст тебе добром»). Отличное предложение, нечего возразить. Судя по тому, как эту фразу выговаривают (и пишут), складывается впечатление, что произносящий ее не только не знает значения, но и основы арабского. Тогда зачем говорить того, чего сам не знаешь? Потому что кто-то из «братьев» или шейхов так говорит? В таком случае это будет просто обезьянним подражанием.

Кстати, что там с «требованием знаний»? Откуда взялось такое словосочетание? От арабского «талебэ ильм»? Если переводить только первое слово с арабского, то одно из значений (причем не первое) действительно будет «требовать, домогаться». Но эта фраза в арабско-русском словаре дана как «учиться, изучать». Вероятно, какой-то первопроходец за недостатком словарного запаса перевел это сочетание как «требовать знаний», остальные единомышленники (видимо, тоже из-за своей речевой бедности и неграмотности) тут же взяли себе на вооружение. И теперь вместо изучения религии, светских наук они настойчиво требуют знаний, которых им явно не хватает. А кто-то их упорно пичкает этими знаниями – не помогает, к сожалению.

А как себя именует этот контингент – прям как из какой-то восточной сказки. Ладно, бы Абдулла, Саид, Ибрагим и другие – хорошие имена с прекрасными значениями. Наши переплюнули всех и сразу, даже арабов: Рустам ат-Татарстани (значит, он из соседней республики), Айбулат аль-Баймаки (гость из Зауралья), Руслан ар-Руси (соотечественник). Или такое: Абдуррахман ибн Ринат (то бишь Абдуррахман Ринатович), Рамиль абу Хасан (Рамиль, чьего сына зовут Хасан). Было бы понятно, если бы так представлялись где-нибудь на Ближнем Востоке. Но не у нас!

Можно представить себе такую ситуацию. Спрашиваешь у одного такого мусульманина адрес библиотеки. Тот, как подобает, салаватит, шахадатит, тавхидит, «А затем... Вот, брат, выходишь отсюда, баракаллахуфикум, и идешь прямо по тарику фисабилиллях, доходишь до первого бейта, где продается нижнее белье для ухтишек, аузубиллях. Эммэ багд поверни направо и иди по узкому тарику, баракаллахуфикум. Эммэ багд ты увидишь несколько бабов, иншаллах. Ты, баракаллаху фикум, в самый левый баб заходи. И альхамдулиллях! Там требуй знаний, брат!..»

Бид’ат на письме, Аста’фируЛлаh!

Как же проявляются такие нововведения на письме? Это уже отдельная тема. Отметим сразу, русскому языку не свойственны апострофы, какие-либо почеркивания, прыгающие буквы. Возможно, для кого-то будет открытием, но в русском алфавите нет буквы «h».

Однако находятся настолько щепетильные к произношению арабских звуков люди, что малое отступление на письме от «правильного» произношения может, по их сугубо личному мнению, вывести кого-то из религии. Как будто какие-то «не те» буковки могут нанести прямое оскорбление Всевышнему!

Например, арабскую букву «айн», произносимую при помощи носоглотки, обозначают апострофом. Ладно бы написали один раз для транскрипции, чтоб понятно было, как произносить. Однако порой тексты пестрят этим знаком: ‘Арш, ‘Али, бид’а, да’ват, джама’ат, ду’а, табли’, шари’ат...

Откуда взялось слово «Кур’ан»? Понятно, из арабского. С какой целью подчеркнули букву «К»? Возможно, чтобы объяснить, что это слово в арабском языке начинается с твердой буквы «каф». А кто-то по-русски в этом слове произносит букву мягко? Значит, подчеркивание здесь излишне. Но здесь «у» и апостроф! В русском языке уже не одно столетие укоренилось слово «Коран» - так писать правильно с точки зрения орфографии. По крайней мере на письме не должно быть никакой «у». В устной речи – пожалуйста, произноси, как душе угодно! А апостроф? Как говорилось выше, данным знаком заменяют арабскую букву «айн». В самом слове «Коран» такая буква просто отсутствует. Апострофом, получается, здесь заменяют арабский знак «хамза». Таким образом, уже таким щепетильным написанием можно ненамеренно ввести человека в заблуждение относительно того, как произносить это слово. Дилемма.

А кто наш Господь? Аллах! Ой, простите, это Аллаh! Стоп. Мы же по-русски сейчас пишем, что за «h» на конце? Но в русском языке нет такой буквы! Неужели прародители русской азбуки Кирилл и Мефодий устроили некую провокацию против мусульман? Видимо, эти два диверсанта уже в девятом веке догадывались, что ислам проникнет на Русь-матушку, и они намеренно не ввели эту букву. Вот, оказывается, почему князь Владимир впоследствии предпочел исламу христианство: он не мог правильно написать имя Бога! Подстава на века! Но нашлись же, кто смог решить эту проблему и спасти религию. Все гениальное просто – ввести в русский язык, против всяких норм и правил, какую-то лишнюю букву! Встречается и другое необъяснимое написание – «Аллах1». К чему эта единичка? Показывает единственность? Так бы и писали – «Аллах един». Или снова причина в произношении? А насколько необходимо выделять Аллаха в каком-нибудь составном слове, ставя где-нибудь посередине заглавную «Л» («СубханаЛлаh»).

Особенные грамотеи, основываясь лишь на своих домыслах, ухитряются писать, например, и родовые понятия с большой буквы – вопреки нормам языка: Пророк, Ангелы, Писания, Книги, Сура, Шейх, Муфтий (хотя последнее выглядит чем-то подхалимским).

Как не устает рука так часто переключать клавиатуру с кириллицы на латиницу, со строчной на прописную, с подчеркнутой на обычную, потом обратно? Или бить по рукам тем, кто так не делает? А по губам – тех, кто не так выговаривает. Ах, иначе же можно исказить религию! Какой кошмар! В таком случае пишите все по-арабски – и все будет безупречно. Уже начиная говорить на другом языке, пользуясь знаками неарабского алфавита, все равно многое искажается. Вот поэтому Коран и не переводится. Переводятся лишь только смыслы. Нет, арабский все-таки трудно выучить. На это нужны годы.

Замечено, что чем серьезнее и авторитетнее исламское издание (как электронное, так и периодическое), тем оно меньше страдает от ненужных арабизмов, знаков. Несомненно, они присутствуют, но дозированно. Значит, в этом издании работают грамотные люди, знающие не только религию, но владеющие языком. Сама религия ислам, ее терминология базируется на языке Корана, т.е. на арабском. Обычно самиздатовские брошюрки-монографии – просто находка для филолога. Хотя зачем далеко ходить, можно залезть на какой-нибудь исламский сайт или пообщаться с каким-нибудь мусульманином – и все становится понятно.

Сам русский язык, будучи живым и богатым, отфильтрует ненужные слова, и они так не приживутся в нем. Пройдет время – станет меньше ненужного и при написании религиозных текстов. Лингвисты отмечают, сейчас идет тенденция упрощения языка, тексты становятся короче, поэтому все ненужное, не представяющее собой суть, отсекается. Религиозная терминология должна войти в гармонию с речью. Это касается не только русского языка, но и многих других, которые мусульмане используют в своем общении.